Грабители действовали в дорогих пригородах столицы и Новой Москве с мая 2012-го по октябрь 2016 года. СК и ГУУР МВД России уже провели предварительное расследование серии разбойных нападений.

РБК ознакомился с обвинительным заключением и опубликовал подробный отчет, передает 360tv.ru.

К расследованию привлечены эксперты по десятку редких специальностей. Им предстоит наряду с потерпевшими и свидетелями давать показания на процессе, порой в закрытом режиме, так как банда использовала сложные технические приспособления, относящиеся к секретным оперативным и разведывательным средствам сбора информации и наблюдения.

Это крупнейшее дело, несомненно, войдет в историю не только русской юриспруденции, но и в мировую практику борьбы с организованной преступностью. Причина не только в масштабах, но и в том, что почти все участники банды были гражданами европейского государства и часто отдыхали после налетов в странах ЕС.

Наш материал можно было бы назвать «Одиннадцать друзей Оушена» по аналогии с известным фильмом, но все же их приемы ближе к известному неформальному карточному термину «четыре сбоку — ваших нет», когда у соперника нет шансов выпутаться. Эту же формулу использовали одесские налетчики в 1920-х годах, говоря о том, что шайка окружена агентами УгРО и нужно сдаться или погибнуть. Чаще, правда, случалось второе.

В «подмосковную» банду вошли граждане Молдовы, многие из которых уже располагали внушительным опытом в «уголовке». Вот список участников процесса, севших на скамью подсудимых в Мособлсуде: Николай Греку (главарь банды), Андриан Митрофан, Влад Мокану, Андрей Стич, Ион Крихан, Тудор Кэтрушка, Раду Кэлугэрян, двоюродные братья Раду и Сергей Ончу. Некоторые объявлены в международный розыск. Всем инкриминируется бандитизм (статья 209 УК), незаконное хранение оружия (статья 222 УК) и вооруженные разбойные нападения (статья 162 УК).

Бандитская бригада была знакома с детства, так как все проживали в молдавском селе Бэлчана. Николай Греку пользовался у друзей авторитетом, к тому же обеспечивал банду средствами на первых этапах налетов на дома состоятельных жителей элитных поселков Подмосковья и Новой Москвы. Сам Греку был также фигурантом уголовных дел в Австрии, Румынии и Арабских Эмиратах.

В Подмосковье бандиты обычно прибывали накануне налета, уже имея нужную информацию о жертвах, совершали в течение короткого времени ночной вооруженный грабеж и быстро ретировалась. Подельники сразу уезжали за границу, а технику и часть украденного прятали в надежных тайниках в области — до следующего «скачка».

Водителей автомобилей марки Honda Accord и Mazda 6, которыми пользовались преступники, Греку подбирал среди знакомых с российским гражданством, чтобы при случайной проверке на дорогах не возникало проблем. Среди налетчиков распределялись обязанности. Так, Стич отвечал за навигацию, блокирование систем видеонаблюдения и прочие технические задачи. Митрофан был специалистом по вскрытию замков, включая сейфы. Он же разрабатывал способы проникновения.

Банда была вооружена револьвером Smith& Wesson, чешским пистолетом CZ-27 с глушителем, сигнальным пистолетом МР-371, переделанным под стрельбу боевыми патронами, и травматическими пистолетами. Всегда использовались маски, перчатки и камуфлированная одежда. После каждого налета экипировка уничтожалась.

Наблюдение велось несколько дней. Грабители предпочитали совершать разбойные нападения в ночное время, так как опасались, что в отсутствие хозяев не сумеют отключить сигнализацию. Объектами внимания становились коттеджи, расположенные в элитных поселках Одинцовского района, Рублевского шоссе, вблизи Красногорска и в Новой Москве. Они анализировали работу вневедомственной охраны, полиции, служб безопасности и даже ФСО. После нападения критично обсуждали собственные просчеты.

Преступники проникали в дом, преодолевая с помощью алюминиевых лестниц ограду, вскрывали окна на цокольных или нижних этажах и пробирались внутрь. Потом блокировали спящих хозяев, связывали их, пытали и вынуждали открыть домашние сейфы или показать тайники с драгоценностями и деньгами. Забирали дамские украшения, часы, ценные подарки, редкую живопись, антиквариат, деньги, включая валюту, и даже дорогую эксклюзивную одежду. В некоторых случаях им удалось взять украшения и часы стоимостью от двух до 40 миллионов рублей. Однако они никогда не трогали детей. Более того, пытались провести налет, не разбудив их.

Далеко не все их жертвы подали заявления о нападениях. Они опасались вполне закономерных вопросов, каким образом сами стали обладателями сокровищ — бриллиантовых колье, изумрудных диадем, золотых и платиновых швейцарских брегетов, огромных сумм денег и произведений искусства.

Все же в числе официальных потерпевших, заявивших о значительном материальном ущербе и тяжелых пытках, в деле значатся: глава «Деловой России» Андрей Назаров (дом в деревне Бузланово Красногорского района, сентябрь 2015 года, ограбление на сумму 47 миллионов рублей); солнцевский авторитетный бизнесмен Александр Аверин (район Сколково, июнь 2015 года, 30 миллионов рублей); отставной генерал ФСБ, герой России Умар-Паши Ханалиев (Горки-2, вблизи президентской резиденции Ново-Огарево, май 2014 года, 13,5 миллиона рублей); ресторатор, владелец компании LaMaree, свидетель по скандальному делу полковника Захарченко — Мехди Дусс (деревня Рождественно Одинцовского района, июль 2015 года, 15 миллионов рублей).

Есть и другие заметные имена, другие суммы — все они впечатляют размерами похищенного и высоким социальным положением потерпевших. Пытали и хозяев, и их жен, и взрослых детей, применяя самые изощренные методы. Никогда не уходили с пустыми руками. Одно то, что расследование подшито в 80 томов, говорит о титанической работе, проделанной ГУУР и СК. Есть предположение, что в каких-то случаях информацию налетчики получали от прислуги жертв.

Большинство обвиняемых не сознаются в инкриминированных им преступлениях, включая главаря банды Николая Греку. Несмотря на это, им всем грозят огромные сроки — до 15 лет лишения свободы. Ведется розыск остальных подельников.

Такого рода бандиты, если и сознаются в налетах, то обычно ссылаются на классовые мотивы. Что-то наподобие робин гудов. Однако помимо того, что их преступления опасны по сути, они, как правило, не замечены в благотворительной деятельности. Пословица «вор у вора дубинку украл» тут, возможно, будет уместной, но лишь в случае, если у закона есть претензии и к самому потерпевшему. Да и не бандитам решать, кто что заслужил и как за это следует наказывать.

Деятельность шайки Николая Греку напоминает знаменитую в свое время банду Леньки Пантелеева (Леонид Пантелкин) в Петрограде в начале 1920-х годов, то есть почти столетие назад. Правда, Пантелеев был оперативным сотрудником ОГПУ, уволенным за проступки. Он как раз подкладывал под свои налеты классовую «подушку», при этом тоже стараясь избегать смертельного кровопролития. Убит при задержании.

Другой яркий пример — Мишка Япончик (Мойше-Яков Винницкий) в Одессе в 1919 году. Этот даже некоторое время воевал со своей бандой на стороне Красной армии, но и грабил в то же время, правда, «только буржуазию и офицеров» (это его собственные слова). Он даже пристрелил члена своей шайки за то, что тот посягнул на скудную собственность рабочего. Застрелен во время преследования.

В не очень отдаленные времена (конец 70-х — начало 80-х) шайка таких же выходцев из Молдовы, Беца и Шварцберга, совершили жестокий налет на музей-квартиру Алексея Толстого в центре Москвы. Их обвиняли в подобных разбоях во многих городах СССР, включая Баку. Один из них был расстрелян по приговору суда, а второй бежал во время этапа на бакинское следствие. Он попытался выехать в багажнике машины из Тбилиси в горы, но был застрелен оперативниками угрозыска во время движения по горной дороге.

В 1980-х годах действовали и другие банды, чрезвычайно жестокие и опасные. Все они имеют определенное сходство с шайкой Николая Греку. Одна из них подчинялась другому Япончику (Иванькову). Исполнителями были некий Профессор, жестокий московский уголовник Таракок и судимые выходцы из Грузии. Кстати, банда Греку во время налетов тоже имитировала кавказский акцент. Один из тех налетчиков, Профессор, несмотря на несколько судимостей, работал в Спорткомитете СССР на ответственной должности, был связан с органами правопорядка и спецслужбами. Они совершали нападения на подпольных антикваров и «цеховиков», а потом с помощью дипкурьера вывозили ценности, иногда даже на аукционы дома Christie’s в Лондон.